Как частная доля превращается в деньги

Акцию биржевой компании можно продать в любой рабочий день: покупатель на неё почти всегда есть, а цена видна на экране. У частной доли нет ни экрана, ни постоянных покупателей. Чтобы она стала деньгами, её кто‑то должен купить.

Покупателей 3 вида. Другая компания, которая покупает всю компанию целиком. Другой инвестор, который покупает долю, пока компания остаётся частной. И покупатели на бирже, если компания выйдет на неё и закончится запрет на продажу. Цену и срок почти на каждом пути назначает покупатель.

Компанию покупают целиком

Здесь покупатель один на всех, и деньги идут через очередь: сначала долги, потом привилегированные акции, которые по договору возвращают вложенное раньше других, и только потом обыкновенные. И не вся цена приходит в день сделки. Часть кладут на отдельный счёт на случай претензий покупателя, его называют эскроу. Часть могут привязать к результатам после сделки или заплатить акциями покупателя.

Есть и деньги, которые идут мимо очереди. О продаже договариваются покупатель, руководство и крупные фонды, и тем, без кого сделка не состоится, часто доплачивают. Джесси Фрид из Гарварда и Брайан Броуман разобрали 50 проданных венчурных компаний из Кремниевой долины. Почти в половине сделок основатели и руководители получали доплату: бонус за продажу или кусок того, что по договору причиталось фондам. В таких сделках это в среднем 9% цены.

Представь руководителя, которому покупатель вдобавок предлагает должность у себя и хороший контракт. За что он будет торговаться жёстче: за цену акции или за свои условия? Рядовой сотрудник с опционом и мелкий акционер за этим столом не сидят. Их долю считают по очереди, когда всё остальное уже поделено.

От цены компании до цены акции

Как цена всей компании доходит до отдельного держателя, видно по интернет-магазину Gilt. В январе 2016 года его купил Hudson's Bay за 250 млн долларов. За 5 лет до этого инвесторы оценивали Gilt больше чем в 1 млрд, а всего компания привлекла больше 270 млн. Продажа не вернула даже вложенного.

Продать долю, пока компания частная

Выйти раньше, когда Gilt оценивали больше чем в 1 млрд, можно было через вторичную сделку: компания денег не получает, меняется только владелец бумаг. Барьеров 3. Согласие: у компании или других акционеров обычно есть право первыми купить долю на тех же условиях. Покупатель: фонды вторичных сделок и опытные инвесторы просят скидку, потому что долю потом трудно перепродать, а о компании они знают меньше продавца. Правила: бумаги из частной сделки почти везде нельзя сразу свободно продать на открытом рынке.

Иногда окно для продажи открывает сама компания: назначает дату, цену и покупателей и даёт сотрудникам и ранним акционерам продать часть бумаг. Revolut летом 2024 года провёл такую продажу по оценке 45 млрд долларов, а через год с небольшим — по 75 млрд, и сотрудникам дали продать уже в пятый раз. Когда дела идут хуже, окно могут не открыть совсем или открыть со скидкой к прошлой оценке. Так SoftBank покупал акции Uber в истории из первой главы: примерно на 30% дешевле последней оценки.

Биржа и запрет на продажу

Если компания выходит на биржу, у доли появляется рыночная цена. Деньгами она всё равно становится не сразу: прежних акционеров и сотрудников обычно связывает запрет на продажу на несколько месяцев. Даты разблокировки известны заранее всем, а цена в эти дни — нет.

Весной 2012 года Facebook разместился по 38 долларов. Через 3 месяца право продать получили держатели 271 млн акций. В этот день акция закрылась на 19,87 доллара, почти вдвое ниже цены размещения. Почти всё это падение держатели могли только наблюдать. Ещё через 3 месяца освободилось около 773 млн акций, и цена в тот день даже выросла.