Хедж-фонд: что покупаешь за 2 и 20

Договор вкладчика хедж-фонда отвечает на 3 вопроса: что фонд будет делать с деньгами, сколько возьмёт за работу и когда отпустит деньги назад. В презентации обычно крупно написаны имена управляющих и доходность прошлых лет, а ответы на эти 3 вопроса — в тексте договора.

Что фонд делает с деньгами

Американский регулятор SEC описывает хедж-фонд как фонд, который вкладывает деньги гибче обычного: часто в долг, с продажей бумаг без покрытия и другими спекулятивными приёмами. Вход, как правило, только для аккредитованных инвесторов. Слово «хедж» означает страховку, но многие такие фонды ни от чего не страхуются.

Стратегии у них разные, от акций до валют и слияний, но общее одно: результат зависит от решений управляющего. Ты платишь за человека, как в венчурном фонде, только деньги заперты на меньший срок.

Сколько он берёт

Типичную схему называют «2 и 20»: плата за управление от активов каждый год и доля прибыли. Сколько останется вкладчику в хороший год?

Когда он отпустит деньги

Биржевой фонд продаётся в любой торговый день. У хедж-фонда выход описан в договоре, и SEC перечисляет типичные замки.

Имена вместо ответов

Соглашаться на такие условия легче, когда за фондом стоят громкие имена. В 1994 году Джон Мериуэзер, бывший вице-председатель инвестбанка Salomon Brothers, открыл фонд Long-Term Capital Management. В команде были экономисты Майрон Шоулз и Роберт Мертон, в 1997 году оба получили Нобелевскую премию. Вход — от 10 млн долларов, плата — 2% капитала в год и 25% прибыли: деловая пресса называла её необычно высокой. С такими именами и доходностью 20%, 43%, 41% и 17% в 1994–⁠1997 годах спорить о плате было трудно.

Зарабатывал LTCM на маленьких расхождениях в ценах похожих бумаг и умножал их плечом: к концу 1997 года на каждый доллар капитала приходилось около 30 долларов долга. В августе 1998 года, после дефолта России, расхождения пошли не туда, куда ждали модели, и то же плечо за месяц съело 44% капитала.

2 сентября Мериуэзер написал вкладчикам: первый срок, когда хоть кто‑то из них может забрать деньги, — конец 1998 года, и забрать тогда можно меньше 12% капитала. Что мог сделать вкладчик с этим письмом? Почти ничего: продать долю некому, позиций фонда он не видит. 23 сентября 14 банков и брокерских компаний внесли 3,6 млрд долларов и получили 90% капитала фонда.

Что дал бы простой портфель

Профессор бизнес-школы IESE Хавьер Эстрада сравнил индекс хедж-фондов HFRI с портфелем из 60% американских акций и 40% облигаций. За 10 лет до конца 2020 года хедж-фонды давали 4,2% годовых против 10,0%, за 20 лет — 5,5% против 6,9%. Хедж-фонды колебались слабее, но портфель с меньшей долей акций, подобранный под такие же колебания, тоже приносил больше.

Отдельные фонды обгоняют рынок. Я бы задал тот же вопрос, что в прошлых главах: сумеешь ли ты отличить их заранее и пустят ли тебя к лучшим?