Урок 2 · Прибыль есть — денег нет
Куда прячется прибыль
Глава 2 из 3 · 6 мин чтения
Расчёты, налоги и право здесь по Казахстану. Фундамент, Фаундер и Инвестор от страны не зависят.
Владелец магазина стройматериалов в Шымкенте закрывает год. Бухгалтер приносит итог: прибыль 13 млн тенге. Владелец откидывается на стуле и начинает планировать: машину поменять, вторую точку присмотреть, себе наконец нормально заплатить. Он планирует по 13 млн. Через полгода он будет удивляться, почему на счёте пусто, хотя год был прибыльный.
В прошлой главе деньги и прибыль разошлись во времени: заработал сейчас, получишь потом. Здесь второй разрыв, коварнее первого, потому что он прячется не в календаре, а внутри самой цифры, которую предприниматель гордо называет прибылью. Очень часто то, что он считает прибылью, вообще не те деньги, которые он может взять.
У этой цифры есть модное название — EBITDA. За аббревиатурой стоит простая вещь: прибыль до того, как из неё вычли проценты по кредитам, налог на прибыль (на упрощёнке в этом курсе так же выносим налог по упрощённой декларации) и амортизацию оборудования и прочих долгих вложений. Её любят, потому что она получается крупной и красивой. Её показывают инвесторам, ею хвалятся в разговорах. Беда в том, что между этой красивой цифрой и реальными деньгами, которые останутся у владельца на руках, стоит длинная очередь из вычетов, о которых в момент гордости никто не вспоминает.
EBITDA — прибыль до всего неприятного: до процентов, налога на прибыль и амортизации. Между ней и деньгами на руках стоит длинная очередь из вычетов, которую в момент гордости никто не замечает.
Длинная очередь после прибыли
Вернёмся к магазину и посмотрим, откуда взялись его 13 млн. Из годовой выручки вычли себестоимость проданного товара и всю операционную текучку: аренду, зарплаты, коммуналку. То, что осталось, и есть EBITDA.
Не может. За этими 13 млн стоит очередь, и первым в ней банк. Магазин брал 10 млн под закупку товара. Ставку для расчёта возьмём 24% годовых. Само тело кредита надо возвращать, и при сроке 3 года это около 3,3 млн в год. Проценты идут на остаток долга, который за год тает, поэтому в первый год они съедают около 2,1 млн, и это лишь плата за пользование.
Дальше рост. Магазин за год вырос, оборот поднялся, а растущей торговле нужно больше товара на полках и складе. В этот дополнительный товар пришлось вложить ещё денег: в себестоимость проданного он не попал, он лежит в виде коробок, а не на счёте. И техника: купили новый погрузчик, подлатали склад. Это не «прибыль, которую проели», это деньги, без которых магазин не смог бы работать дальше.
От 13 млн «прибыли» остаётся около 3,3, и это до налогов. Налогам в этом курсе отведён свой урок; здесь достаточно сказать, что с оборотом в 216 млн они забирают из этих 3,3 млн большую часть, а на упрощёнке, где налог берут с выручки, уводят остаток в минус. Обязательные взносы с зарплат уже должны сидеть в тех 48 млн текучки: если бухгалтер вынес их отдельно, вычти их здесь, но один раз, не дважды. После налогов из исходной прибыли в живых деньгах у владельца не оседает почти ничего, а бывает, что приходится докладывать своё.
EBITDA — это прибыль до всего неприятного. А живёт предприниматель ровно на то, что остаётся после всего неприятного.
Реальные деньги, которые остаются у владельца после всех обязательных вычетов, называются свободным денежным потоком. Это и есть его настоящая «зарплата собственника»: та сумма, которую он может взять, не подрывая бизнес. В нашем магазине EBITDA есть, а свободного потока почти нет. Владелец живёт по нулю, а планирует по 13 млн, отсюда и долги.
Это не плохой бизнес
Важно правильно прочитать этот пример. Магазин из Шымкента не разорённый и не убыточный. Это нормально работающий бизнес на стадии роста. Просто рост сам по себе съедает деньги: чем быстрее растёт дело, тем больше денег приходится держать в товаре, тем больше техники докупать, тем плотнее работает кредит. У растущего бизнеса EBITDA почти всегда заметно больше реального денежного потока, и это не болезнь, это природа роста. Болезнь начинается тогда, когда владелец этого не знает и забирает «прибыль», которой в деньгах нет: сначала уходит подушка, потом деньги на товар, потом появляется второй кредит, чтобы закрыть первый.
Насколько велик разрыв, зависит от того, чем ты занимаешься. У бизнеса без тяжёлого оборудования и без больших складов — у мастера услуг, у небольшой студии — разрыв между бумажной прибылью и живыми деньгами невелик: что заработал, то почти всё и доступно. А у торговли, у производства, у общепита с дорогим оборудованием разрыв огромный: бумажная прибыль может быть в 2–3 раза больше тех денег, которые реально оседают у владельца. Чем тяжелее бизнес активами и запасами, тем сильнее EBITDA завышает то, чем ты на самом деле располагаешь.
К чему это всё ведёт. У предпринимателя есть две картины своего дела. Одна приятная и крупная: выручка, оборот, EBITDA, цифры, которые хочется называть прибылью. Вторая скромная и честная: сколько денег реально осело после кредитов, роста, техники и налогов. Беда в том, что решения — взять себе на жизнь, нанять человека, открыть вторую точку — почти все принимают по первой картине. А оплачиваются эти решения из второй. Разница между двумя картинами и есть та яма, в которую падают. Что с этим делать практически — в последней главе.